В зависимости от расположения неугодного кандидата отрезается либо верхний, либо нижний правый край. Не связанный с процессом избирательной кампании, не знающий специфики предвыборной интриги, «спасатель» прибегает к самым топорным методам фальсификаций. Журналисты, кандидаты и их представители попросту мешают им работать. Грань, когда заканчивается подготовка и начинается реализация, очень тонка: люди уже досрочно голосуют, а в СМИ продолжают крутиться ролики о поступлении тиража бюллетеней в комиссии. Поэтому директор дает четкое указание своему профкому, отделу кадров, бухгалтерии, начальникам цехов и членам участковых избирательных комиссий, а по сути своим работникам – «кандидат такойто должен победить». Энергия Максима ФЕДОРЕНКО, надеемся, не пропала даром, тем более и закон природы соответствующий есть. При этом все убеждены, что без фальсификаций – хотя бы их попыток – ни одни выборы не проходят. Справедливости ради надо сказать, что фальсифицировалась в основном только явка, а когда «неугодных» кандидатов в депутаты перестали отсекать на заседаниях партбюро , в середине 80х возникло даже нечто похожее на предвыборную борьбу. Идеологическая основа «вброса» «растворяет» личностные ориентиры. Из общефедеральных кампаний, как нам кажется, с достаточной «чистотой» план комиссий реализовался во время референдума 1993 года («ДА», «ДА», «НЕТ», «ДА») – если вспомнить, сколько было критики со стороны политиковдемократов: мол, и вопросы сформулированы длинными, и «правильные» ответы трудно запомнить. Усилиями комиссии с привлечением местной власти строптивого начальника части удалось убедить – и военные проголосовали досрочно. Прежде чем мы попытаемся дать определение фальсификации, необходимо отметить тот факт, что за более чем десятилетнюю историю демократических выборов в России государственные институты при проведении выборов всегда ставили во главу угла проведение самих выборов, то есть никогда власть не была заинтересована в проведении свободных , демократических выборов и честного установления итогов голосования. При этом замечателен тот факт, что при планировании провокаций силовик осуществляет генеральную репетицию примерно за неделю до голосования. По сути, речь идет о Празднике просвещения, устраиваемом не избиркомами, а кандидатом от власти. В связи с «гарантиями на вброс» существует еще один интересный феномен. В основном все способы фальсификации результатов голосования, присущие кандидатам от власти, базируются на использовании так называемого административного и силового ресурса. Этот механизм особенно эффективно, до последних изменений в законодательстве, работал на предварительном голосовании (смотри выше), сегодня закон достаточно жестко ограничивает варианты фальсификации на предварительном голосовании. Тем очевиднее немота теоретиков и практиков избирательных кампаний относительно реальности предвыборных баталий, не говоря уже о таких особенностях некоторых выборов, как фальсификации результатов голосования. Другими словами, методы проведения выборов и практикующийся формат фальсификационных кампаний подталкивают оппозицию именно к «обретению собственного лица» в этом вопросе.